Информационно-публицистический еженедельник
Выходит с января 1991 г.
№ 12 (884), 26 марта  2014 г.
Архив еженедельника «Истоки»

Рассказы
ШТАНЫ НА РЯБИНЕ
18.11.2009
Евгений МАЛЬГИНОВ

        ШТАНЫ НА РЯБИНЕ

Молодая женщина среднего возраста, кандидат педагогических наук Вера Михайловна Скрябина пригляделась и обнаружила, что за окном аудитории, где она принимала экзамен, на верхушке рябины висят штаны. Причем не просто штаны, а нечто очень знакомое.
«Чьи?» В задумчивости она отошла и села на свое место.
К столу сразу же подошла загорелая, с обветренным лицом энергичная красивая молодая женщина. Одета она была в белую кофточку и юбку, на голове платочек, а на ногах голубые носочки и самые дешевые туфельки.
«Под комсомолку тридцатых!» – подумала Вера Михайловна.
– Нет, просто надеть нечего, – сообщила женщина. – Я заочница.
– Понятно, – удивленно сказала Вера Михайловна, отыскивая нужную ведомость. – Садитесь. Ваш вопрос?
– «Роль женщины в современном обществе», – прочитала по билету заочница.
– Рассказывайте.
Заочница вздохнула:
– А что рассказывать? Днем на работе, вечером с детьми. Ни сна, ни отдыха! Вот и вся роль.
– Хорошо! – сказала Вера Михайловна. – И даже отлично! А муж где?
– Сбежал!
Вера Михайловна вопросительно посмотрела на женщину.
– В леспромхоз, – сообщила та и, помолчав, добавила: – Сама недоглядела. Не надо ему было по ночам на овощной базе работать.
– Другую нашел?
– В капусте.
– Как это?
– Там капусту солили. Ну, и мой, конечно, кое-чего насолил. Ребенок родился. Уже полгода. А мать его месяц как исчезла.
– Куда?
– Кто ее знает! Может, теперь огурцы солит? Записку оставила: «Не ищи, я не вернусь!»
– Ребенка бросила? – испуганно воскликнула Вера Михайловна.
– Не бросила, а оставила! Сейчас так говорят.
Вера Михайловна вспомнила почему-то про штаны на рябине. Их, может быть, тоже не «бросили», а «оставили».
– Дальше рассказывайте, – попросила она. – А он?
– Теперь обратно ко мне просится. Я, говорит, лопух, что от тебя ушел, и все такое прочее…
– Лопух?
– Так и говорит. А кто же он? Помчался сломя голову за этой дурочкой! А теперь обратно. Но уже с мальчишкой.
Глаза Веры Михайловны загорелись. У нее не было ни мужа, ни детей. С мужчинами что-то не везло, попадались то блудливые, то мямли, то просто неначитанные.
– Мальчик?
– Да. Хороший такой! Кулаком по игрушкам колотит, улыбается. Еще ни слова не говорит, а уже свистеть научился «Сердце красавицы склонно к измене»…
Вера Михайловна засмеялась. «Чьи? – как-то параллельно думала она. – И главное, напротив кафедры истории. На студенческие не похожи, слишком широкие. Туда два первокурсника влезет. Но где же я их видела?»
– Вы его видели?
– Кого?
– Мужа.
– Конечно. Как услышала, что эта мадам испарилась, так и поехала. Сердце заболело. Как он там один справляется? У него в леспромхозе из близких-то никого. Только что, накануне сессии, съездила. Своему старшему, Мишке, наказала, чтоб за Аленкой смотрел, и поехала. Они ведь тоже все время отца ждут.
– Любят?
– Не то слово! Ничего плохого про него и слышать не хотят. Мишка-то, ему восемь, сразу начал без спросу к нему наведываться, удержать не могла. Они там на рыбалку ездят, чего-то делают, придумывают, одним словом – не разлей вода…
– Понятно, – сказала Вера Михайловна, почему-то завидуя буквально всему – и происшествиям, случившимся с этой женщиной, и ее отношению к ним.
– Съездит, – продолжала заочница, – потом Аленке рассказывает про отца, подарочки от него привозит. Я сначала-то противилась – готова была его убить! А потом рукой махнула. Думаю – хорошо, что Миша с отцом общается! Он его лучше слушается.
– А дочку тоже любит?
– Без памяти! Ей всего-то три с половиной, а хитрющая! Отец как-то приезжал, она его возле чайной увидела и там свидания ему назначала. Я говорю: «Возле дома гуляй, чтоб я тебя видела». А она: «Я вон там, возле чайной, с девочками гулять буду». Другая в ее возрасте все сразу же выболтала бы, а она про отца – ни слова! Что за ребенок! Муж у меня вообще-то хороший, хоть и безалаберный. Я как-то в контору пришла – у нас родственные предприятия, поэтому приходится бывать в одних и тех же местах, – так он меня увидел, в углу зажал, проходу не дает, говорит: «Я тебя люблю! Меня черт попутал. Больше не буду!» Ну что с ним поделаешь?
Вера Михайловна задумчиво кивала головой и кусала ноготь. Эту нехорошую привычку она не могла изжить. В детстве за это ее ставили в угол, забинтовывали пальцы и даже мазали их горчицей. Но ничего не помогало. Она и теперь грызла ногти, когда ее что-нибудь особенно интересовало.
– Ну, – сказала она, – и как же вы приехали к нему?
– Он на работе был. Приехала, а там старушка слепая, за ребенком приглядывает.
– Слепая – и приглядывает?
Женщина улыбнулась и безнадежно махнула рукой.
– А чего с нее взять? Бутылочку с молоком – и ту потеряла, тетеря старая! Какую-то тряпку в молоко макает и ребенку пососать дает. Древняя бабуся! Жалко ее. Вокруг грязно, ребенка мухи облепили. В общем, ужас!
Вера Михайловна обвела взглядом аудиторию. Пять человек уже нетерпеливо ждали, когда женщина ответит.
– Так-так, – сказала она. – И что же вы думаете делать?
– А что думать? Уже сделала. Забрала ребенка себе. Пока я здесь, маму вызвала, она с ним возится. Забот теперь больше, но мне ведь и его жалко. Видела как-то издалека, сразу понятно – мужчина без жены, помятый, небритый. С другой стороны, одиноких-то много, сразу удочки забросят… Может, даже лучше, что таким ходит?
– Конечно, чем страшнее, тем лучше, – стараясь не улыбаться, согласилась Вера Михайловна.
Но заочница засмеялась.
– И вообще, – продолжала она, – слава Богу, что это последний экзамен. Сдам – не сдам, теперь долго не приеду. Некогда. Сейчас на автобус, и домой. Старший у меня очень уж бойкий. Недавно стрелы поджег и стал ими в сторону сараев из лука стрелять. Чуть все не спалил. А Аленка ему помогала: сидела на подоконнике, ноги наружу свесила и хохочет.
– Вы на каком этаже живете?
– На третьем!
– Боже мой! Такая кроха!
– В том-то и дело! Хорошо соседи увидели! Я им ключи оставляю. Я и сейчас сижу как на углях! Что они там вытворяют, не представляю! Они ведь бабушку не очень слушают.
– Ну, хорошо. Давайте вашу зачетку, – сказала Вера Михайловна, с удовольствием выводя в ведомости и в зачетке пятерки.
Женщина взяла зачетку и посмотрела в нее.
– Отлично? За что? Я ж по билету ничего не ответила!
– Нет-нет! Вы все правильно рассказали, и как раз по билету, – ответила Вера Михайловна. – Бегите домой. Счастливого пути!
И в этот момент до нее дошло.
«Все, вспомнила! – чуть не закричала она. – На рябине штаны лауреата государственной премии, заведующего кафедрой истории профессора Изидора Целелевича Ракитянского – давней симпатии, к которому я никак не могла подступиться. Я их помню: помятые, висят мешком, но еще не старые. Точно, его! Только зачем он их выбросил? Новые купил или просто по рассеянности? Он холостой, просто не знал, куда девать… А вообще-то все замечательно! Это хороший повод поближе познакомиться! Сейчас же сниму штаны и пойду к нему! Нет, мы вместе снимем штаны, и я покажу ему, где секонд-хенд, где контейнер для отходов и все такое прочее…»


ДЫРКИ В ШТОРАХ

Когда дочь художника Макунина Татьяна сдала экзамен по физике на отлично, отец ее был очень рад и в один из январских дней пригласил преподавателя Андрея Аскольдова в свою мастерскую на Проспекте.
Танечка Макунина была очень красивой девочкой, очень серьезной, умницей и очень старательной. Все очень, очень, очень! Одним словом, у Аскольдова закружилась голова от близости этого ангела, ребенка четырнадцати лет, и он буквально прилетел в мастерскую Макунина, втайне надеясь увидеть ее там.
Ему было двадцать три, Макунину лет на двадцать больше. Они угостились чем бог послал, и хозяин стал показывать ему свои работы.
Молодого физика приятно поразили цвета и свежесть красок, живость кисти и сюжеты картин, хотя Макунин, показывая работы, все время что-то недовольно ворчал. Наконец он извлек откуда-то сверху особенно замечательную работу.
На полотне среднего размера был изображен с воды крутой глинистый берег реки. Середина весны. Ледоход уже прошел, но у самой кромки воды от ночного морозца по утрам все еще нарастает тонкий лед. На самом берегу, как два кита, выскочивших из воды, две лодки, перевернутые вверх дном. Весеннее небо непроглядно серое.
– О! – восхитился Аскольдов. – Вот это здорово!
– Нравится? – мрачно спросил Макунин.
– Очень! – откликнулся Аскольдов.
– Ну, тогда забирайте, она ваша.
Картина казалась чуть-чуть незаконченной, поэтому Аскольдов вопросительно посмотрел на Макунина. В центре чего-то явно не хватало, чего-то объединяющего.
– Давно бьюсь. Не знаю пока, – как бы прочитав мысли Аскольдова, проворчал тот.
Аскольдов согласно кивнул головой. Огромный лохматый Макунин ловко упаковал работу. Он смотрел на Андрея очень доброжелательно, но как-то трудно и неохотно разговаривал, обходясь мимикой и жестами. Они допили бутылку и расстались.
С тех пор прошло три года. Картина Макунина висела на стене против окна, так что, проснувшись, Аскольдов мог сразу видеть ее. Как бы запрограммированный художником, он каждый день с утра некоторое время думал о том, что нужно сделать, чтобы чувство незаконченности исчезло. Потом мысли обязательно переходили на Танечку и всегда заканчивались одним острым желанием: бросить все и поехать в Подмосковье, чтобы увидеть ее.
Макуниных давно уже не было в городе. Как только дочь окончила училище, они всей семьей уехали на родину отца.
Аскольдов вообще-то не был знатоком живописи, хотя и любил бывать в музеях и на выставках. Однажды на просмотре в питерской Академии художеств он увидел студенческую работу, которая заставила его в буквальном смысле слова вибрировать. Он даже сел среди зачетной суматохи и мелькающих студентов и просидел на стуле часа полтора, пока картину не сняли.
И вот теперь эта неожиданно подаренная ему незаконченная работа, совсем другая по сюжету и исполнению, тоже притянула его и перенесла в восторженно-спокойное состояние, не мгновенное, а длящееся бесконечно. Ему казалось, что он сам сидит под этим крутым глинистым берегом, невидимый за лодками, с удочкой или просто с прутиком в руках.
Показывая друзьям картину, Андрей в шутку говорил, что это его портрет, на котором, к сожалению, видна только удочка. Остальное художник нарисовать не успел или просто не захотел, потому что он, Аскольдов, ему не понравился.
В то весеннее утро молодой физик проснулся и, взглянув на картину, буквально обалдел: в сером мрачноватом небе появился крошечный просвет, откуда било солнце, а на одной из лодок заиграло всеми цветами еще одно, но гораздо большее, солнечное пятно! Дно одной лодки под лучами высветилось яркими бурыми, зелеными и блестящими черными пятнами. Центр картины теперь волшебным образом изменился, наполнился смыслом и был великолепен! Одним словом, картина была чудесным образом закончена.
Аскольдов посмотрел на занавешенное окно и сразу понял, в чем дело. В шторах в двух местах были небольшие дырки – работа любимого рыжего кота по прозвищу Зараза. По вечерам Зараза как сумасшедший носился по комнате, забирался по шторам вверх и точил там свои когти. Сейчас он спал в ногах у Андрея и не знал, что продрал два самых важных отверстия в своей жизни. Именно через них весеннее солнце соорудило два самых нужных пятна на картине – одно в тучах, другое на лодке.
– Зараза, да ты гений! – сказал коту Аскольдов.
Кот поводил одним ухом, как локатором, и ничего не ответил.
Это было чудо, оно длилось не более полуминуты. Когда Аскольдов вскочил и стал собираться на работу, солнечные пятна на картине исчезли.
Вспомнив о давней договоренности с художником, Андрей Аскольдов по дороге на работу лихорадочно думал, что предпринять: позвонить ему, написать письмо или все-таки поехать?
Когда студенты, наконец, уселись, успокоились и погрузились в решение задачи, Аскольдов отправился в курилку, чтобы узнать от коллег координаты Макунина. По идее, там должно было быть чисто и пусто, но опытный Аскольдов в дыму почти на ощупь отыскал двух преподавателей живописи и рассказал им о чуде с картиной, не сообщив при этом, чья это была работа. Ему не хотелось всяких пересудов и сплетен о подарках преподавателям, взятках…
Преподаватели выслушали историю, совершенно не удивились, затянулись по последнему разу так, что из ушей пошел дым, и хором сказали:
– Знаем такую. Это работа Макунина. Покойника.
– Какого покойника? – оторопел Аскольдов.
– Макунин примерно час назад умер. Его брат звонил из Подмосковья.
– Вот тебе раз! – только и смог вымолвить Аскольдов. – Такой художник!
– А Она не смотрит: хороший – нехороший, всяких забирает. Инфаркт! Что поделаешь? – донеслось до него, когда он вынырнул из дыма в коридор.
«Час назад он умер – и час назад я проснулся! – лихорадочно думал Аскольдов. – Три года ничего не было! Я мог спать в другой комнате, мог открыть глаза раньше или позже... Я мог убрать эти шторы, собирался и не снял… Нет! Совпадение невозможно! Это знак! Это он, Макунин, в последнюю минуту показал мне, как нужно закончить картину!»
Андрей все-таки нашел адрес Макуниных и, договорившись с завучем о переносе занятий на неделю, хотел бежать в авиакассы за билетом на ближайший рейс в Москву.
Однако дома, собираясь снять и упаковать картину, он спохватился. Он понял, что сейчас ехать не нужно, хотя и очень хочется. Он очень мало знал Макунина и совсем не знал его семью. Смерть художника, конечно, огорчила его, но не как близкого человека, а в той плоскости, что теперь некому будет поправить картину. И кроме всего прочего, чего греха таить, ему хотелось хотя бы взглянуть, какой стала его ангел Танечка.
Аскольдов был застенчивым молодым человеком. «Лучше вообще не появляться, чем появиться не вовремя, – вспоминая высказывание какого-то серьезного человека, думал он. – Нельзя с радостью, которую невозможно скрыть, ехать на похороны».
Все еще возбужденный, он хотел снять шторы, но потом тоже передумал, надеясь следующим утром еще раз увидеть чудо…


23 12

Медиасфера
блог редактора.jpg


Блог Залесова.jpg

 

клуб друзей Истоки.jpg

УФЛИ

Приглашаем вас принять участие в конкурсе "10 стихотворений месяца".

Условия конкурса просты – любой желающий помещает одно стихотворение в интернет-сообществе «Клуб друзей газеты «Истоки» только в этом посте http://istoki-rb.livejournal.com/134077.html


Итоги конкурса за декабрь 2017 года


Итоги прошедших конкурсов





коррупция











 

http://www.amazon.com/dp/B00K9LWLPW




Хотите получать «свежие» статьи первым?
Подпишитесь на наш RSS канал

GISMETEO: Погода
Создание сайта - Интернет Технологии
При цитировании документа ссылка на сайт с указанием автора обязательна. Полное заимствование документа является нарушением российского и международного законодательства и возможно только с согласия редакции.
(с) 1991 - 2013 Газета «Истоки»