Информационно-публицистический еженедельник
Выходит с января 1991 г.
№ 12 (884), 26 марта  2014 г.
Архив еженедельника «Истоки»

Актуально
ПОЛЕ БИТВЫ – РАЗУМ
18.11.2009
Денис ЛАПИЦКИЙ

        Мы живем в странное время.
Мы уверены, что сейчас на планете царит мир. Нет, конечно, «кто-то кое-где у нас порой» – всякое бывает. То в Африке гражданская, то на Ближнем Востоке полыхнет, то в Южной Америке генералы в карикатурно-высоких фуражках устроят очередной переворот… Но ведь это не мировая война. Не сходятся в грандиозных битвах танковые дивизии, не тянутся через весь континент линии окопов, и армады бомбардировщиков не затмевают небо. Ну а уж с терроризмом-то покончить можно, успокаиваем мы себя.

А меж тем война продолжается.
Впрочем, она и не кончалась, – просто поле битвы перенесено в наш разум.
И на этой войне каждый из нас солдат, потому как отсидеться в тылу невозможно. Потому что невозможно оставаться в стороне от повседневной жизни, невозможно ежедневно не принимать решения. И линия фронта перемещается, перемещается медленно, но верно. Когда мы привыкаем к тому, что еще недавно казалось нам дикостью, когда мы говорим «почему бы и нет?» о том, что еще вчера назвали бы абсурдом, – это значит, что мы потеряли еще пядь родной земли, это значит, что мы отступили еще на шаг там, где уже давно пора упереться. Противнику не нужно терять своих солдат ради того, чтобы захватить наши поля и заводы, – нужно заставить нас думать иначе, и тогда мы сами будем на него работать, при этом радуясь, что «сделали правильный выбор».
Чем меньше человек знает, тем проще им манипулировать. Именно поэтому сегодня лихорадит систему образования, именно поэтому в СМИ царит такая разноголосица. Мозг человека – уникальный механизм с колоссальными возможностями, но и у него есть предел обработки данных, есть порог, после превышения которого те или иные утверждения приходится просто принимать на веру, потому что осмыслить входящую информацию, упорядочить ее человек просто не успевает. А если учесть, что параллельно с мощным «белым шумом» человек подвергается и сильнейшему натиску манипулятивного воздействия, становится и вовсе не по себе. Реклама, политические дрязги, споры «экспертов», перетряхивание грязного белья «звезд» – в такой какофонии крайне сложно расслышать нотки здравого смысла.

Избиение младенцев

Главная задача сегодняшних масс-медиа – «отключение» критического сознания. Все последние десятилетия мы подвергались массированным атакам на сознание, зачастую даже не понимая этого. Их было много – истерики вокруг количества тракторов на полях, «ненужной» выплавки стали, поворота северных рек… Тем, кто старше 30 лет, наверняка памятна «нитратная истерика» конца 80-х, когда редкая газета не писала о вреде удобрений. Тогда в массовый обиход стали входить термины «экология», «пестициды», «ПДК»… Парадоксально, но факт: сотни тысяч людей протестовали против применения удобрений, без которых высокотехнологичное сельское хозяйство существовать не может, одновременно требуя интенсификации обработки почвы, которая предполагает как раз увеличение объемов вносимых удобрений. И это в то время, когда в стране начинался продовольственный дефицит. Параллельно насаждались мифы о том, что «за рубежом все иначе», хотя в постоянно приводимой в пример Голландии на гектар пашни удобрений вносилось в 5–6 раз больше, чем в СССР. И уж совсем неожиданно то, что сегодня «советское качество» продуктов питания – тех самых, которые были якобы «до предела занитрачены», – стало зачастую недостижимым эталоном. Притом, что сегодня удобрений вносится в разы меньше, что ведет к истощению почв.
По сути, большинство граждан – и тех, кто участвовал в «нитратной» и других кампаниях, и тех, кто молчаливо одобрял действия активистов, – были использованы «втемную». Они вели себя как младенцы, гордые от осознания своей значимости, но при этом абсолютно не разбирающиеся в вопросе, который взялись «решать». Результат был закономерен – особенно для тех активистов, которые работали на химпредприятиях и сами рубили сук, на котором сидели.
Но это были еще только цветочки.
Совсем недавно многие радовались тому, какой поток информации хлынул на человека, какие шлюзы распахнулись. Мол, узнавай, изучай, понимай – все к твоим услугам! Но мозг оказался мгновенно перегружен, и в потоке совершенно никчемного информационного мусора, обволакивающем сознание пеленой псевдонаркотического дурмана, – грязное белье политиков, амурные похождения звезд, «великие тайны» прошлого и грядущего, – оказалось крайне трудно выловить что-то полезное, нужное, ценное.
Впрочем, для того, чтобы анализировать и понимать, нужен определенный навык, умение, практика, – мозг должен быть вооружен алгоритмами усвоения знания, должен уметь «раскладывать по полочкам». Но нынешняя школа все дальше уходит от системного образования: вместо четкой и ясной картины мира школьника вооружают лишь охапкой бессвязных фактов о природе, искусстве, политике и так далее. Человек становится все менее способным сортировать входящую информацию, все менее склонен к запоминанию и усвоению знания: да и зачем что-то помнить, зачем читать энциклопедии, если в любой момент ответ на всякий вопрос можно «нагуглить», просто сделав запрос в поисковой машине Интернета? Специалисты становятся все более «узкими», знание подменяется зубрежкой, и вместо традиционных экзаменов все более привычными становятся тесты – механическое воспроизведение зазубренного, да, но отнюдь не понимание.

Физики и лирики

В течение многих лет люди боролись за свободу мысли. Речь не о пресловутом засилье одной точки зрения в так называемых тоталитарных государствах XX века – в прежние века свободы мысли было ничуть не больше, а инакомыслящие преследовались едва ли не более рьяно, примеров тому масса. И вроде бы добились желаемого, но… Но свободе мысли даже не успели толком порадоваться, как маятник уже качнулся в другую сторону, и сегодня либеральная идея ценности личного мнения, гротескно преломившись, превратилась в настоящий кошмар, когда точка зрения специалиста имеет ничуть не больший вес, чем мнение профана. А так как дилетанты обычно имеют больше свободного времени и более активны, чем занятые делом специалисты, то возникает парадоксальная ситуация, когда о положении в той или иной области науки судят по мнению громко кричащих профанов, к науке отношения не имеющих. Так на телевидении появляются шарлатаны, готовые лечить от всех болезней, так появляются новые «научные теории», не выдерживающие элементарной научной критики…
Многие люди с «техническим складом ума» считают, что такому воздействию поддаются только гуманитарии, – мол, стройности мыслей не хватает. Однако на деле все обстоит далеко не так просто.
Несколько лет назад, работая в крупной (и богатой, что немаловажно) организации, я стал свидетелем презентации некоего прибора, который рекомендовался людям, проводящим много времени за компьютером (кстати, афера с этим прибором, «восстанавливающим энергоинформационное поле», в свое время привлекла даже внимание Комиссии РАН по борьбе с лженаукой). Сам прибор, который не только «создает в радиусе 120 см защитное поле», но даже «повышает иммунитет» и обеспечивает «мощную энергетическую подпитку», представлял собой всего лишь… особым образом свернутую проволоку из редкого сплава, заключенную в пластиковый футляр, – в полном соответствии с известной фразой о простоте всего гениального. Модификация этого удивительного прибора, по словам его изобретателей, обладает еще более удивительными характеристиками – например, помогает в лечении рака и даже СПИДа. Одним словом, почти что панацея.
На презентацию, совмещенную с руководством по применению (прибор уже был закуплен), в зале собралось около сотни человек, в основном люди с высшим техническим образованием. Лекция длилась около получаса: представитель фирмы-производителя, рассказывая о приборе, сыпала длинными псевдонаучными формулировками вроде «крупнокластерное патогенное излучение» и «энергоинформационные технологии», перемежая свой рассказ общефилософскими отступлениями. Из последних собравшиеся, в частности, узнали, что подобными спиралями защищали себя от проклятий… еще фараоны Древнего Египта. Хотя, как мы знаем, никакие спирали не уберегли ни самих фараонов, ни Древний Египет. Как пошутил один неглупый человек, «древние знали даже секрет вечной жизни, но унесли его с собой в могилу».
Удивительно, но эта абсурдная «лекция» имела успех – несмотря на то, что практически все присутствовавшие, как уже было отмечено, обладали высшим техническим образованием, а кое-кто и кандидатской степенью. И теоретически могли в пух и прах разгромить «лектора» с его псевдонаучными бреднями – но шарлатанские наукообразные формулировки никого не смутили. Так что, по всей видимости, процесс разрушения критического аппарата зашел куда дальше, чем кажется на первый взгляд, а диплом технического вуза отнюдь не гарантия того, что его обладатель не попадется на крючок к мошенникам…
И подобных примеров каждый из нас может привести немало, достаточно оглянуться по сторонам, прислушаться к той шумихе, что периодически возникает в связи с различными «открытиями», которые «не признаются косной официальной наукой» (кстати, уже сами подобные формулировки – верный признак мошенничества). Один доказывает, что Куликовская битва произошла в Москве, другой – что русский народ появился шесть миллионов лет назад, третий и вовсе утверждает, что пространство за пределами планеты двумерно… Что дальше: земля плоская, накрыта хрустальным куполом, а звезды есть серебряные гвоздики? Циркониевые браслеты, структурированная вода, торсионные поля, – чтобы развенчать все эти «сенсации», вполне достаточно знаний в объеме школьной программы. Однако вряд ли стоит лишний раз говорить, насколько живучи эти заблуждения.

Тьма сгущается

Стараниями многих поколений, усилиями множества подвижников человечеству удалось добиться построения сравнительно ясной и четкой картины мира. Да, наука еще не все объяснила, да, остается немало загадок и тайн – однако их решение есть вопрос времени и усилий, надо лишь достраивать имеющееся здание. Сегодня эту картину мира разламывают на куски, заляпывают грязью. «Выясняется», что люди «ничего не знают», – на голову вываливается масса взаимоисключающих фактов, которые еще и толкуются совершенно по-разному. Некоторые считают, что переживает второе рождение пресловутое «религиозное мракобесие», – но и они заблуждаются, потому что религия также давала цельную и непротиворечивую картину мира, а главное, четко разделяла правильное и неправильное, добро и зло. Ныне же человека лишают и знаний, и ориентиров. И религиозное мировоззрение переживает кризис, пожалуй, не в меньшей степени, чем мировоззрение научное, – и это несмотря на декларируемую религиозность. Отмечая религиозные праздники, в обыденной жизни мы в большинстве своем ведем себя отнюдь не в соответствии с канонами, и мало кто из нас готов отнестись к ближнему своему так, как это предполагают религии, нами якобы исповедуемые.
Что же касается науки, то тут первой «под раздачу» попала история: вот уж воистину, ныне на этом поле каждый суслик – агроном. Между тем такое панибратское отношение к истории далеко не безобидно: взгляды на прошлое в огромной степени определяют взгляды на настоящее, а также на будущее. Возьмите реформы Петра I – один человек считает их ошибкой, а другой благом; один подсчитывает количество жертв, а другой уверяет, что ради приобщения к европейским ценностям можно было заплатить и дороже. И само собой, «правильное будущее» одной и той же страны и одного и того же народа эти люди – соотечественники! – видят совершенно по-разному.
Речь не только об отношении к тем или иным историческим фактам, событиям минувших лет. Во-первых, история – это политика, обращенная в прошлое, а во-вторых, что может быть проще, чем посеять рознь между людьми, вытащив на свет разногласия, которые давно быльем поросли? Вот и получается, что у каждого СВОЯ история, следовательно – никакой ОБЩЕЙ истории у людей нет. Апофеозом становятся «исследовательские работы» в стиле «новой хронологии» (кстати, небезызвестные Фоменко и Носовский в этом направлении далеко не первопроходцы) и «сермяжные» теории в стиле Михаила Задорнова, озвучивающего со сцены свои рассуждения об этимологии, не выдерживающие никакой критики и, конечно, не имеющие никакого отношения к реальной истории или лингвистике. Да, над ними можно посмеиваться – но только до тех пор, пока не вспомнишь о снижении уровня научных познаний масс и разрушении критического сознания. Эти процессы идут рука об руку и набирают темп: итогом станет формирование нового мракобесия непредставимых ранее масштабов. Ибо так или иначе все сводится к одному – лишению человека хоть сколько-нибудь прочных знаний об окружающем мире. И при этом, конечно, «каждое мнение важно»! А уж заниматься историей, как считают многие сторонние наблюдатели, очень просто: прочитал десять книжек, добавил немного своих мыслей, и готово – вот она, новенькая, с пылу с жару, сенсация! И можно язык стереть до корня, убеждая в том, что история – это тоже наука, что будущих историков неспроста учат пять лет и что для того, чтобы уметь работать с источниками, нужно обладать довольно весомым комплексом специальных знаний и навыков – одного желания тут мало. Но скороспелых самозваных историков пруд пруди – и вот уже власовцы становятся героями, и вот уже войну выиграли штрафбаты и уркаганы…
Разберем для примера один «спор» среди таких скороспелых исследователей – тем более что тема спора донельзя актуальная: в самом деле, кто не слышал инсинуаций на тему «Сталин хуже Гитлера, потому как Гитлер хотя бы чужих убивал, а Сталин своих»? Оговоримся сразу – речь не о конкретных исторических фигурах, а сугубо о логике «ниспровергателей авторитетов» и «открывателей тайн».
Во-первых, если ты считаешь двух людей убийцами, то несколько странно сравнивать, кто из них хуже, – какие-то различия в оценках возможны до перехода за эту черту, а никак не после.
Во-вторых, если руководствоваться такой «логикой» (про «своих» и «чужих»), то придется признать, что на фоне, например, ревнивого мужа, наказавшего жену-изменницу, маньяк Чикатило является человеком очень добродушным. Да еще и примерным семьянином – он же своих родственников не терзал, а убивал только совершенно незнакомых людей.
В-третьих, надо обладать очень своеобразным складом ума, чтобы оправдать своего убийцу, – а между тем те, кто в данном случае обеляет Гитлера и нацистов вообще, действуют именно так. Получается, если убийцей будет примерный семьянин, который своим детям иногда даже покупает яблоки, его жертвы будут не так страдать?
Наконец, в-четвертых и самых главных – этот «аргумент» (о «своих» и «чужих») основан на лжи. Ибо «своих» Гитлер убивал весьма и весьма активно.
Например, в «Ночь длинных ножей» были убиты никакие не чужаки – еще днем это был «цвет германской нации». Когда в нацистской Германии начали вырезать коммунистов, как-то так получилось, что они тоже оказались немцами, то есть самыми что ни на есть «своими». И в концлагеря поначалу пошли все они же, соотечественники.
Не мешало бы вспомнить и историю с затоплением берлинского метро, битком набитого стариками, женщинами и детьми, – «прощальный привет» от фюрера, якобы «не убивавшего своих», едва не стоил жизни многим и многим тысячам немцев.
И конечно, именно на счет Гитлера надо бы записать все те 8 миллионов немецких солдат, которые были убиты на фронтах Второй мировой. То есть формально их убили, конечно, советские солдаты и советские партизаны (а также американцы, англичане, канадцы, французы и другие, хотя и в гораздо меньших количествах). Но как бы то ни было – все эти миллионы именно на совести Гитлера, потому как если бы он их не послал «немецким мечом добывать землю для немецкого плуга» (а заодно вырезать все тем же мечом пару сотен миллионов человек), они были бы живы.
Ну и уж совсем неловко говорить о том, насколько абсурдно слышать реплики в защиту Гитлера от граждан России, хотя сами немцы давно уже в своем отношении к бесноватому фюреру определились.

Путь в никуда

Конечно же, описываемый процесс затрагивает не только сферу чистого знания. Гораздо больший урон он наносит сфере этики и морали – и, собственно, в первую очередь против нее и направлен. Между тем невозможно нормально существовать, не имея каких-то опорных точек, – это наши маяки в океане, и без них неизвестно, куда плыть. Невозможно существовать без моральной карты, на которой отмечено, что такое «хорошо» и что такое «плохо»; невозможно существовать без каких-то базовых установок, определяющих правила поведения в обществе. В противном случае все идет вразнос – и вот уже под сурдинку рассуждений о том, что «в жизни надо попробовать все», ломаются миллионы судеб.
И это тоже ползучая, незаметная, тайная война, в которой первыми жертвами становятся дети. В любом книжном магазине есть полка с новинками и бестселлерами. Сегодня одно из главных мест на этой полке – или даже главное – занимает «вампирская сага» Стефани Майерс. Ее успех настолько впечатлил многих авторов и издателей (а тут еще и экранизация подоспела), что как грибы после дождя начали нарождаться другие «вампирские» книжные сериалы разной степени известности.
Само собой, начиналось все вполне благочинно: как нормальный (хотя в каком-то смысле и на грани фола) литературный эксперимент для взрослого, подготовленного читателя. Первые шаги сделал, пожалуй, еще Брем Стокер в «Дракуле», однако вампир, которому были приданы определенные человеческие черты, у него все же оставался заведомо отрицательным персонажем. «Вторую жизнь», да простится такой невольный каламбур, в это неживое чудовище вдохнула американка Энн Райс, в 70-х начавшая плотно разрабатывать «вампирскую» тему. Годы шли, и то, что начиналось как эксперимент, в конечном итоге исчерпало себя – в сухом остатке присутствовала лишь конструкция «положительный вампир среди людей» в разных вариантах. И вот эта эрзац-модель, основанная на роли «не такого, как все», пришлась ко двору тем, кто сегодня зарабатывает на подростках (отметим на полях, что подростки – одна из самых «прибыльных» категорий, ибо тратят сравнительно много).
В современном обществе потребности создаются – и производство их поставлено на поток. Создаются молодежные субкультуры-однодневки, выращиваются «кумиры» и «звезды». В основе всего лежат деньги: уровень успешности проекта определяется его прибыльностью, и тема эксплуатируется до тех пор, пока денежный источник не иссякнет. В случае с «вампирской сагой» Майерс четко определенной целевой аудиторией стали преимущественно девочки и девушки в возрасте от 13 до 20 лет. На этом поле сегодня «работают» и некоторые субкультуры – в том числе пресловутые «эмо» и «готы». Книги представляют собой сугубо лабораторный конструкт, эксплуатирующий навязанные же модели поведения и социальные стереотипы («я не такая, как все», «меня не понимают» и так далее). Это уже само по себе мощный манипулятивный ход, а в данном случае он еще и сопровождается рассуждениями в стиле «нет черного и белого, есть масса оттенков». Но всем известно, что черное и белое – есть. И те, кто на такой «литературе» зарабатывают, живут по другим понятиям, вполне себе социал-дарвинистским. Четким и ясным. Не смешивая. Ибо знают свое место в мире – и место всех остальных: тех, кого надобно резать и стричь.
Но казалось бы – и что с того? Просто бизнес…
Однако попутно с извлечением прибыли из подростков те, кто эксплуатируют сегодня «вампирскую» тему, наносят страшный удар по еще несформированной системе ценностей. Получается, что вековой кошмар, чудовище, мерзкое существо, которое вообще НЕ ЖИВЕТ, которое не принадлежит ни одному миру, делают положительным персонажем. При этом обычно «положительные» вампиры в такого сорта книгах обладают массой достоинств – от привлекательной внешности (которая плохо вяжется с фольклорным обликом чудовища-упыря) до богатства. Что, как нетрудно догадаться, в обществе потребления само по себе является высшей ценностью, и уже неважно, каким путем и какой ценой все это получено.
Да, для взрослого неглупого человека такая игра со смыслами может быть интересна – как литературный опыт, как вторжение на запретную территорию, придающее определенную остроту художественному произведению. Однако когда речь идет о подростках и детях, у которых ради извлечения максимальной прибыли не дают сформировать нормальную четкую систему ценностей, вопрос переходит в совершенно иное качество.

*  *  *

А между тем война продолжается.
По сути, сегодня мы постепенно сползаем к миру без констант, к ситуации полнейшей неопределенности, к интеллектуальному болоту – болоту в том смысле, что в нем не будет ни единой твердой кочки, взобравшись на которую можно было бы окинуть взглядом окружающее пространство, чтобы понять, куда двигаться. Вместо этого все человечество будет прозябать по горлышко в тине и видеть только топь, курящуюся миазмами глупости, да поднимающиеся на поверхность смрадные пузыри незнания.

22 15

Лучшие статьи

DB query error.
Please try later.