Информационно-публицистический еженедельник
Выходит с января 1991 г.
№ 12 (884), 26 марта  2014 г.
Архив еженедельника «Истоки»

Рассказ
На счастье!
30.12.2009
Фердинанд БИГАШЕВ

       

Накануне Нового года, задолго до рассвета, звездное небо над городом заволокла низкая мохнатая туча, и городские кварталы утонули в белой пушистой снеговерти. Утром лихая туча умчалась за каемку зубчатого леса, а оранжевое солнце уселось над далеким чистым горизонтом. На улицах и проспектах, на плоских крышах многоэтажек, на кронах деревьев возвышались пухлые свежие сугробы. Город преобразился, словно оделся в белую шубу для торжественной встречи Нового года. В окнах домов переливались новогодние елочные огни.

Фаил вышел на крыльцо общежития и завороженно остановился. Такая красота! Так свежо и хорошо вокруг! Чистое небо, молодой снег! Сбежал вприпрыжку по бетонным ступенькам, поплотней запахнул куртку и, не вынимая рук из карманов, заторопился на работу.

На проходной завода – небольшая очередь. Предъявляют пропуска. Сегодня – последняя в этом году рабочая смена. А вечером Фаил пойдет к Марьям в гости. Встречать Новый год. Он еще ни разу не был у нее дома. Это первое приглашение для знакомства с ее матерью. Что если он ей не понравится? Да-а, очень даже щекотливый вопрос. Щемящим ледком подкатила к сердцу робость. Но он успокоил себя: «Не трусь, Фаил! Не такие барьеры брал! Одолеешь и этот».

А вон и сама Марьям. Идет на работу. Фаил сразу узнал ее в толпе по толстому красному шарфу, свисающему почти до колен, по красной шерстяной шапочке с помпоном на макушке и знакомой легкой походке. Он, конечно, узнал бы ее и без шарфа и шапочки. Ведь она не идет – а пишет. Пишет каллиграфически.

Догнал ее и мягко взял под руку.

– Привет, Марьям! – обнажил ровные белые зубы в улыбке.

– Привет! – радостно вспыхнула она, повернула к нему овальное смуглое лицо с правильным ртом и вскинула красивые черные брови.

– С наступающим Новым годом!

– И тебя тоже! Вечером не забыл – к нам?

– Помню, не беспокойся! – кивнул он.

На территории завода, на развилке, Марьям свернула направо, в бухгалтерию, и, обернувшись, помахала ему рукой. Он тоже помахал ей и побежал в свой стеклодувный цех. Так они делают всегда. И потом целый день ходит Фаил с одной и той же картинкой перед глазами, как с неприкосновенным сокровищем: на развилке стоит Марьям и ласково машет ему рукой.

!!!

 

Вечером, после смены, переодевшись в новую кожаную куртку, норковую шапку, меховые зимние сапоги – модный парень! – с деньгами в кармане он отправился в магазин, купить вазу. Ту самую, которую на днях присмотрели с Марьям в ювелирном магазине. Неизвестно, какую душевную струну Марьям задела ваза: увидев ее, она радостно взвизгнула, как делала всегда, когда ей что-нибудь особенно нравилось. Фаил очень тонко чувствовал ее настроение. Да и толк в таких вещах они понимали. Недаром оба работали на стекольном заводе: она бухгалтером, он электриком в стеклодувном цехе.

Сдерживая бешено колотящееся сердце, боясь, что ваза продана, а другой такой нет, Фаил торопливо переступил порог магазина. И сразу облегченно вздохнул – ваза стояла на месте. Сбоку, из глубины витрины, на нее падал искусно направленный луч света от электрической лампочки, и ваза, переливаясь всеми цветами радуги, сияла золотисто-голубым пламенем. Изящной формой, богатством выдумки, удачно нанесенной позолотой она выделялась даже среди благородного хрусталя, умело выставленного рядом на витрине. Ваза напоминала девушку с высокой тонкой талией, застывшую в непринужденной плясовой позе. Широкий подол сарафана – в позолоте, граненые узоры – как складки, а вокруг хоровод звезд с полумесяцем посередине.

«Действительно, как живая!» – удовлетворенно подумал Фаил, еще раз вспомнив, как обрадовалась Марьям, когда увидела вазу.

Ваза была стеклянная, не хрустальная, поэтому стоила недорого и была Фаилу по карману. Да и вся позолота была имитацией под драгоценный металл. Словом, для рабочего парня она подходила по всем статьям. Ну а главное – стеклянная ваза для Фаила и Марьям, работавших на стекольном заводе, символизировала не только совместную работу, но и их взаимную пылкую любовь.

Фаил, не раз и не два видавший, как, туго надув щеки, работают стеклодувы в цехе, хорошо знал, насколько непросто изготовить такую вазу.

– Можно посмотреть? – попросил он продавщицу, заранее предвкушая покупку.

Продавщица, уверенная, что он вазу не купит, равнодушно, но вежливо ответила:

– Она, молодой человек, имеет небольшой дефект. Чуть-чуть отбит краешек… Имеет скол…

– Скол? – оторопел Фаил.

Ему показалось, что над ним рушится потолок, бетонный пол ускользает из-под ног.

– Такой незначительный изъян, почти незаметный… – успокоила продавщица, видя растерянность на его лице.

Вот тебе и на! Удар прямо под дых! Целую неделю готовился купить, и в последнюю минуту, когда, казалось, все так удачно складывается, когда мысленно он ее уже купил, вдруг… «незначительный изъян»!

Но ведь ваза понравилась Марьям, приглянулась и ему. И главное, он мысленно ее уже купил и подарил… Что делать? Отказаться от подарка? Но ведь уже вечер, магазины того и гляди закроются, искать другой подарок просто времени нет. А если не купит, то что – в гости к Марьям с пустыми руками идти?

– Другой такой вазы нет? – уже без всякой надежды спросил Фаил.

Женщина отрицательно покачала головой.

– Все же разрешите посмотреть…

Продавщица неохотно принесла стремянку, сняла с полки вазу. В грубых шероховатых руках электрика она показалась хрупкой и нежной пушинкой. Все было в вазе соразмерно. Только вот осколочек… И величиной-то он с копеечную монету…

– Ну что, посмотрели? – спросила продавщица. – Давайте, поставлю на место. Она у нас стоит для украшения витрины. Если признаться, я даже рада, что ее никто не купит. Смотрите, как она играет! Вся витрина преображается! – словно не о дефекте, а о больших достоинствах вазы говорила женщина. – А если в нее поставить цветы, то дефект вообще не будет виден.

 

!!!

 

Медленно брел по улице Фаил. Навязчиво засели в голове слова продавщицы: «…витрина преображается… дефект вообще не будет виден».

«А дома у Марьям “заиграет” буфет с посудой… а осколок можно, в конце концов, просто приклеить…» – думал Фаил.

Он вдруг остановился.

– Посуда бьется на счастье! – пробормотал он.

Не на его ли с Марьям счастье разбита ваза?

Он подарит вазу, и пусть подарок означает их будущее счастье. Он сделает вид, что купил вазу целой и невредимой, а по дороге сам не заметил, как неосторожно… Словом, когда осколок обнаружится, он, затаив дыхание, воскликнет: «Разбилась? На счастье!»

Фаил вернулся в магазин. Объяснил хлопающей глазами продавщице, что покупает вазу, попросил завернуть, расплатился. Женщина подала ему вазу, аккуратно завернутую в бумагу, перевязанную красной лентой с большим праздничным бантом.

 

!!!

 

…Фаил нажал на кнопку звонка и прислушался. Из-за двери, приглушенные, доносились обрывки разговора и смех. Он нетерпеливо переступил с ноги на ногу. Кто-то, торопливо шлепая в домашних тапочках, выбежал в прихожую. Разговоры и смех усилились, свидетельствуя, что дверь в прихожую оставлена открытой.

Из-за двери голос Марьям бодро спросил:

– Кто там?

– Я.

Марьям засмеялась и широко распахнула дверь.

– Заходи! Что так долго?

– Да вот по пути кое-куда заходил… – сказал он и многозначительно показал на подарок под мышкой.

Она помогла ему раздеться в прихожей, завешенной шубами, куртками, шапками и платками, и повела к гостям. По пути в зал он вручил Марьям подарок:

– На, держи. С Новым годом!

В углу большой комнаты высилась наряженная красавица-елка. По телевизору показывали новогоднее шоу.

Рядом с елкой стоял накрытый праздничный стол, на котором особо выделялась бутылка шампанского – непременная гостья всех новогодних застолий. Прервав на полуслове разговоры, все с интересом повернулись к Фаилу, новому гостю, который, сцепив пальцы за спиной, смотрел на макушку елки со звездой, готовясь к тому, что вот сейчас раскроется тайна подарка. Но тайна должна развеселить гостей, закончиться веселым безобидным конфузом.

Мать Марьям, полная, разрумянившаяся от приятных праздничных хлопот и забот, добродушно сощурив глаза, оценивающе рассматривала Фаила. Видно было, что дочь уже похлопотала за парня, чтобы принят он был матерью хорошо.

– Внимание! Новогодний подарок! – торжественно объявила Марьям, привлекая к себе внимание притихших гостей.

Зашуршала бумага, она развернула вазу.

– Ах, ты ее купил? – воскликнула она восхищенно. – А мы с мамой как раз собирались завтра пойти в магазин и купить… Даже смотрели эту самую вазу…

«Смотрели… Значит, мать знает об осколке!» – с ужасом подумал Фаил. Он хотел убежать, но отяжелевшие ватные ноги еле держали.

Гости, отодвигая стулья, повставали с мест и, восторгаясь, попросили вазу посмотреть. В это время на пол упал небольшой сверточек. Фаил сразу понял, что это осколок, – оказывается, продавщица отдельно завернула его в бумагу! Она, желая сделать как лучше, сделала как хуже! Фаил побледнел, сердце его упало вместе с осколком. Вот тебе и «на счастье»…

Марьям подняла сверточек, но не стала разворачивать. Она спрятала его в кулаке, прижала вазу к груди так, чтобы гостям не был виден отколотый краешек.

– Нет, нет! Подарок по рукам не пускаю, чтобы не сглазить, – слукавила она.

И, засмеявшись, вприпрыжку побежала в соседнюю комнату. Фаил осторожно выпустил воздух через рот. Слабо улыбаясь, он поблагодарил мать Марьям, тепло, по-матерински, ласково пригласившую его сесть со всеми за стол, и опустился скорей на стул, боясь, что еще секунда, и упадет.

 

!!!

 

…Далеко за полночь Фаил с Марьям вышли погулять по городу. Город буйствовал. Всюду в окнах мигали разноцветные огни. Падал редкий снежок, покрывая землю, тротуары, деревья и дома.

Фаил был счастлив и весел. Не только от шампанского кружилась у него голова. Марьям спасла любовь! Она не показала гостям, что ваза разбита.

«Посуда действительно бьется на счастье», – легкомысленно думал он, шагая с ней рядом. Он был молод. А по молодости чего только не случается в жизни.

– Если бы продавец не завернула осколок, я бы воскликнул: «На счастье»! Ведь существует же такая старая примета!

– Тебе понравилось у нас? – спросила Марьям.

Он понял, что под словом «у нас» она подразумевает свою мать – понравилась ли она ему?

– А ты как думаешь?

– Как и ты, – скокетничала она, смеясь.

– Значит, правильно думаешь. Мне кажется, и я ей понравился.

– Понравился, – кивнула девушка.

Марьям взяла Фаила под руку, и они, напевая «В лесу родилась елочка…», пошли на площадь, где у нарядной городской елки, несмотря на позднюю ночь, вовсю шло народное гуляние.


24 9

Медиасфера
блог редактора.jpg


Блог Залесова.jpg

 

клуб друзей Истоки.jpg

УФЛИ

Приглашаем вас принять участие в конкурсе "10 стихотворений месяца".

Условия конкурса просты – любой желающий помещает одно стихотворение в интернет-сообществе «Клуб друзей газеты «Истоки» только в этом посте http://istoki-rb.livejournal.com/134077.html


Итоги конкурса за декабрь 2017 года


Итоги прошедших конкурсов





коррупция











 

http://www.amazon.com/dp/B00K9LWLPW




Хотите получать «свежие» статьи первым?
Подпишитесь на наш RSS канал

GISMETEO: Погода
Создание сайта - Интернет Технологии
При цитировании документа ссылка на сайт с указанием автора обязательна. Полное заимствование документа является нарушением российского и международного законодательства и возможно только с согласия редакции.
(с) 1991 - 2013 Газета «Истоки»