Информационно-публицистический еженедельник
Выходит с января 1991 г.
№ 12 (884), 26 марта  2014 г.
Архив еженедельника «Истоки»

К 65-летию Победы
Доблесть гвардейца
27.01.2010
Николай МУРУГОВ

Доблесть гвардейца        

Все дальше и дальше уходят от нас суровые дни Великой Отечественной войны. Но мы, сегодня живущие на земле, не должны забывать тех, кто в смертельных боях с фашистскими полчищами на полях сражений проливал свою кровь, кто, рискуя своей жизнью, завоевывал для нас свободу. И сегодня мой очерк – об одном из них, участнике Великой Отечественной войны,  гвардии старшем сержанте Мугалиме Хаматгалимовиче Галимове, который с честью и солдатской доблестью исполнил свой долг, долг патриота.

...Шел январь 1944 года. Командир взвода лейтенант Носков обвел взглядом командиров отделений, сказал простуженным голосом: «Нашему батальону поставлена следующая боевая задача – сегодня утром общей атакой с Ораниенбаумского плацдарма прорвать немецкую оборону и, выйдя на оперативный простор, двигаться в северо-восточном направлении на соединение с частями Ленинграда. Сигналом для всеобщей атаки будут две красные ракеты».

Сержанты вышли из землянки командного пункта и направились в траншею, где находились бойцы взвода. Надо было еще раз проверить готовность отделений перед решающей атакой. С ней был связан не только прорыв на оперативный простор, а на Ораниенбаумском плацдарме войска 2-й ударной армии были отрезаны с суши немецким оборонительным рубежом, но и снятие изнурительной блокады Ленинграда.

Стояла уже середина января, а настоящего мороза еще не было. Взвод лейтенанта Носкова занимал позицию на заснеженном поле непроходимых болот.

Здесь до Финского залива было рукой подать. Даже сейчас, когда заметно примораживало, замкомвзвода Галимов ощущал лицом наплыв сырого воздуха с Балтийского моря. Впереди, в ста метрах, а может, чуть больше, проходил передний край немцев. Болотистая местность не позволяла применять танки, тяжелые орудия, и фашисты, зная, что здесь не будет наступления, не ставили сплошного заграждения из колючей проволоки, а ограничились лишь толстой стеной из торфяных тюков, политых водой для прочности и несколькими огневыми точками.

Именно здесь, на этом узком участке, отделяющем войска Ленинграда, войсками 2-й ударной армии и было намечено наступление.

Часть дивизий, в том числе и 48-я стрелковая дивизия, в которую входил полк Галимова, должна была прорвать оборону противника и двигаться в сторону Ленинграда. Остальные части – на город Ропшу.

Было тихо. Плотная пелена сплошных облаков, наползающая с моря, сгущала и без того непроглядную тьму ночи. Лишь иногда со стороны неприятеля в небо раз за разом взлетали ракеты. Чуть повиснув в вышине, распугав на минуту темноту ночи и осветив холодным светом передний край, они гасли, уносясь обратно к земле. Порой даже чудилось старшему сержанту, что нет никакой войны, не было ни крови, ни смерти, а была обычная мирная ночь, какую не раз он видел у себя в Башкирии.

Проходя по траншее, где прямо на дне, на подстилках, скорчившись, отдыхали солдаты, а в отдельных ячейках бодрствовали солдаты охраны, Галимов оглядывал всех, убеждаясь в готовности взвода.

– Что у тебя? – пройдя в расположение второго отделения взвода, спросил замкомвзвода у младшего сержанта Богомолова.

– Отдыхают. Все в боевой готовности.

– Ну и пусть отдыхают. Часочка два-три ухватят, и то хорошо.

– А как же ты, командир? Надо и нам прикорнуть малость, – сказал Богомолов, сдвинув шапку на затылок. – Атака будет не из легких... Снегу много...

…Еще не рассвело ладом, и заградительная стена из торфа едва-едва проглядывалась темной полосой сквозь мглистую синь утра, когда в небо вонзились сразу две красные ракеты. Батальон старшего сержанта Галимова пошел в атаку.

Но лишь бойцы поднялись из окопов и ринулись к стене ограждения, как тут и там заговорили вражеские пулеметы. Они безостановочно стучали, выплескивая вместе со смертельным свинцом языки пламени. Плотный огонь вражеских дотов был настолько губительным, что бойцы взвода падали прямо в снег и замирали.

Втянув в плечи голову, лежал в цепи бойцов и старший сержант Галимов. К нему подполз командир второго отделения.

– Хреново получается, сержант, – сказал Богомолов. – До стены и половины не прошли, а у меня уже четверых уложило.

В это время по цепи залегших передали: «Приказ командира батальона... Старшему сержанту Галимову подавить вражеский дот!»

Легко сказать – «подавить», а пулемет как заведенный бьет и бьет без передыху из-под самой стены... Из амбразуры... Но приказ есть приказ. Его надо выполнять. Мысли путались в голове старшего сержанта, мешались. Но решать надо было немедленно, может быть, самое отчаянное и смертельное. Конечно, он сейчас мог бы приказать любому из своего отделения или из отделения других сержантов, и никто бы не осудил его... Война, а на войне неизбежны ранения и даже смерть.

Галимов посмотрел на лежащего рядом Богомолова, затем перевел взгляд по другую сторону от себя. Там лежал, зарывшись в снег, совсем молоденький боец, и у Мугалима невольно промелькнула мысль: «Совсем еще мальчик, а видишь, как пришлось...» И не то чтобы сердце командира дрогнуло от жалости к этому бойцу, а скорее пробудилось чувство покровительства, своего превосходства. Ведь как-никак, а он уже прошел Финскую войну и сейчас вот уже четвертый год воюет... Голодал не раз, радовался каждой щепотке хлебных крошек, собранных из уголков карманов, вещевого мешка. Был уже ранен в голову, – и осколок, как ножом, проскользнул под кожей лица от самого виска до подбородка. А потом была нестерпимая боль, не мог раскрыть рот. И его кормили манной кашей из ложечки. Все это пережил старший сержант и сейчас как бы ощущал эту боль, оглядывая еще необстрелянных ребят своего взвода.

Нет. Он никак не мог рисковать отдельно кем-то. И еще его удерживало от этого чувство командира, когда в такую жестокую минуту боя все смотрят на него. И он должен, обязан показать пример неустрашимой смелости, чтобы не быть в их глазах трусом, человеком, прячущимся за чужие спины.

Внутри все сжалось в один комок и, казалось, захлестнулось холодком перед решением, может быть, последним в жизни, – рывком к стене. Галимов вскинулся, махнул рукой и крикнул: «За мной, ребята! За Родину!» Утопая в снегу, он уже ничего не ощущал в эту минуту: ни яростного огня пулемета, ни разрывов мин. Когда человек решается на крайность, он никогда не думает о смерти, все подчинено только одному: добиться своего. Видимо, такое буйство мысли и поступка и называют подвигом.

Галимов бежал, падал, поднимался и снова прыжками устремлялся вперед. А вот и стена. Старший сержант с ходу прыгнул на нее, но не зацепился за верх, руки скользнули по льду, одна ладонь залилась кровью. И тут подбежал командир второго отделения Богомолов.

– Младшой! – крикнул Галимов. – Пригнись!

Тот пригнулся, Мугалим вскочил ему на спину, потом на плечи. Перекатился и спрыгнул уже на другую сторону стены. А вот и дот с темным проемом входа. Не оглядываясь, чтобы посмотреть, где по примеру старшего сержанта спрыгивали со стены бойцы, Галимов рванул с пояса гранату, подбежал сбоку к пулеметной ячейке врага и швырнул гранату в темную дыру лаза. Как вместе с черным дымом и грохотом выплеснулось, словно из-под земли, пламя, Галимов не видел. Он бежал вместе со всеми, и нарастающее «Ура!» уже звучно гремело и справа, и слева, а потом полетело вперед, в сизую синь зимнего дня, где уже замаячили фигурки бойцов Ленинграда.

В тот же день на весь мир голос Левитана огласил, что началось снятие блокады Ленинграда.

После прорыва с Ораниенбаумского плацдарма командир взвода Носков поблагодарил от лица батальона и дивизии оставшихся в живых бойцов, особо отметил героический поступок своего заместителя, старшего сержанта Галимова, и тут же объявил, что им лично составлен список для награждения отличившихся в бою солдат. Первым в списке стояла фамилия Галимова.

Но награда не сразу нашла солдата. Были затяжные бои в Прибалтике, а затем ранение и госпиталь, и только в июне, когда Мугалим Галимов прибыл в строй своего полка, его вызвал к себе командир взвода.

– Ну что, товарищ старший сержант, – улыбаясь, встретил командир Галимова. – Вызывают тебя в штаб полка, ступай, получай свою награду. Воюешь ты храбро, вот и заслужил. Иди, герой! Сопровождающий тебя заждался.

Штаб полка был недалеко, где-то в километре от передовой линии. Стоял теплый летний день; полевая дорога, по которой шли Галимов и сопровождающий автоматчик, то петляла полем, то ныряла в перелесок. Но где бы солдаты ни проходили, они натыкались то на скопление танков, то на колонны солдат, спешивших на запад. По всему было видно, что готовилось грандиозное наступление по всему фронту.

В мелколесье, где был штаб полка, впритык к кустам стоял грузовик, а возле самого входа землянки топтался часовой.

– Подожди, товарищ старший сержант, – сказал сопровождающий, – я сейчас доложу.

Он сбежал вниз и скрылся в землянке.

Прошло совсем немного времени, и из землянки вышел командир полка майор Рябков. В руках его был лист бумаги, что-то вроде блокнотика, и поблескивала на солнце не то медаль, не то орден. Старший сержант представился по всей форме.

Майор поздоровался за руку с Галимовым и, не сгоняя с лица добродушной улыбки, сказал:

– За проявленные мужество и героизм в бою на Ораниенбаумском плацдарме командование фронта награждает вас орденом Славы третьей степени.

Старший сержант вытянулся по стойке смирно:

– Служу Советскому Союзу!

– Так и служи, солдат! – сказал Рябков. – Еще немного, и враг будет уничтожен! Победа будет за нами!

...День Победы – 9 мая 1945 года – застал гвардии старшего сержанта Галимова под Ригой. К этому времени он перенес четыре ранения, полежал в разных госпиталях, снова вставал в строй и воевал.

Грудь гвардии старшего сержанта сегодня украшают три боевых ордена – орден Славы III и II степени, орден Отечес­твенной войны I степени. Кроме того, на гимнастерке ветерана Великой Отечес­твенной, инвалида второй группы восемнадцать медалей, и каждая из них – доблесть гвардейского командира Мугалима Хаматгалимовича Галимова из цветущего края – Башкортостана.


19 16

Медиасфера
блог редактора.jpg


Блог Залесова.jpg

 

клуб друзей Истоки.jpg

УФЛИ

Приглашаем вас принять участие в конкурсе "10 стихотворений месяца".

Условия конкурса просты – любой желающий помещает одно стихотворение в интернет-сообществе «Клуб друзей газеты «Истоки» только в этом посте http://istoki-rb.livejournal.com/134077.html


Итоги конкурса за декабрь 2017 года


Итоги прошедших конкурсов





коррупция











 

http://www.amazon.com/dp/B00K9LWLPW




Хотите получать «свежие» статьи первым?
Подпишитесь на наш RSS канал

GISMETEO: Погода
Создание сайта - Интернет Технологии
При цитировании документа ссылка на сайт с указанием автора обязательна. Полное заимствование документа является нарушением российского и международного законодательства и возможно только с согласия редакции.
(с) 1991 - 2013 Газета «Истоки»